Оперная певица Дина Хамзина любит посидеть в Интернете и разучивает испанские песни

– Я узнала, что в Алма-Ате в педагогическом институте есть музыкальный факультет, куда принимают без музыкальной подготовки. Идея стать учителем музыки и пения мне понравилась. Мама, правда, не хотела меня отпускать – в столице у нас родных не было, – но потом согласилась, – вспоминает певица.

Об оперной сцене Дина в то время даже не думала, а пела только эстрадные и народные песни. Но ее педагог, народная артистка РК Бахыт Ашимова, долгие годы проработавшая в театре, сразу поняла, что одной эстрадой тут не обойдешься. На третьем курсе она предложила Дине попробовать поступить в консерваторию.

– Я, конечно, удивилась, но послушалась, – говорит Дина. – Тогда, увы, комиссии я не понравилась. Но мы с Бахыт Ашимовной особенно не унывали: что делать – значит, не судьба. И вот я продолжила учиться вокалу как общему предмету один раз в неделю. Несмотря на неудачу, я очень полюбила классическую музыку, стала ходить в театры, причем почти всегда на последние деньги. Особенно восхищалась я Нуржамал Усенбаевой, не пропускала ни одного ее выступления. Тогда я даже представить не могла, что буду петь с ней на одной сцене в одних спектаклях. И вот как-то раз она предложила мне выступить в ее сольном концерте. Я так растерялась: «Как, вы мне доверяете?»

После успешного дебюта в оперном театре молодой певице стали поручать ведущие партии. Она поставила себе целью овладеть всем меццо-сопрановым репертуаром и уверенно движется к ней. Сегодня, по прошествии нескольких лет, творческий багаж Дины Хамзиной значительно пополнился. Она исполняет как небольшие роли – Полина в «Пиковой даме», Зибель в «Фаусте», Маддалена в «Риголетто», так и ведущие, среди которых партия в «Реквиеме» Верди, Топыш в «Аблай хане», Шарлотта в «Вертере» и, конечно, Кармен. Необычайно важным этапом в творческой деятельности молодой певицы стала работа над образом цыганки Азучены в опере Джузеппе Верди «Трубадур». Исполнила она уже и Амнерис в «Аиде» Верди, и Любашу в «Царской невесте» Римского-Корсакова. Все это – культовые партии меццо-сопранового репертуара.

– Я очень хочу набрать богатейший репертуар, чувствовать себя на сцене в любой роли как рыба в воде, – говорит Дина. – Но все-таки я не люблю торопиться, лишь бы побыстрее с новой партией выскочить на сцену. Лучше уж с чувством, с толком, с расстановкой.

– Расскажите, пожалуйста, о зарубежном театральном менеджменте.

– Казанский театр оперы и балета имени Джалиля обязательно вывозит свои постановки за рубеж. Я пела там «Трубадура» и «Царскую невесту». По прошествии некоторого времени состоялись турне по городам Голландии. Серия «Трубадуров», к примеру, составляла двенадцать спектаклей. Далеко не в каждом городе Голландии есть настоящий оперный театр, но в любом зале имеется роскошная аппаратура, поэтому никаких акустических проблем не возникает.

Интересно получилось у меня с «Аидой». Я прежде не пела ее ни в Алматы, ни в Казани. И тут неожиданно мне предложили серию из пятнадцати спектаклей в Голландии. Я, конечно, заволновалась – как же так, без репетиций? Ничего, справилась. К слову, зарубежные импресарио для каждого спектакля проводят отдельный кастинг. Даже если они меня уже слышали в «Трубадуре», все равно нужно знать, как я пою «Аиду» или любую другую оперу. Готовила я партию Амнерис сначала с помощью видеокассеты. Постановка была великолепная, с пышными костюмами. Мне пришлось водрузить на голову тяжелый убор – Амнерис как-никак дочь фараона! Он, конечно, мешал, но пришлось смириться. Сейчас оперный мир диктует певцам свои условия – хоть под стол залезай, хоть на голове ходи, хоть кувыркайся и пой при этом. Если что-то не устраивает – возьмут другую певицу.

– Как выдерживаете серии из 15 спектаклей в течение месяца?

– Это, конечно, сложно. Однако, певцам предоставляются такие условия, что на деле все получается намного проще. Мы живем в специальных зонах отдыха, где тишина, свежий воздух, рядом лес – гуляй, сколько хочешь. За один день можно полностью восстановиться. Никаких забот, в отличие от жизни на родине, где разрываешься между театром и домашними заботами. Полноценный сон. Это вообще для меня самое главное. Если я не выспалась, во мне будет весь день сидеть злобное занудное существо и давить на меня: «Ты не выспалась, ты не выспалась». Многие считают, что дополнительные нагрузки певцам на гастролях создает постоянная смена партнеров. Однако я не испытываю от этого неудобств, наоборот, это даже интереснее. Вообще турне для меня – большая школа. Я постоянно в поиске, все впитываю как губка. Новые дирижеры, режиссеры, партнеры… Под каждого нужно подстраиваться. Если я не пою спектакль, то перед его началом всегда хожу, смотрю, кто как готовится к спектаклю, гримируется, распевается. Кто-то настраивается, громко глотая воздух, кто-то издаст несколько тихих звуков и все, а кто-то «кричит» так, что стекла дрожат! Мне вообще очень нравится кочевая жизнь. Артисты, по-моему, просто не могут существовать без гастролей. Они дают колоссальнейший эмоциональный заряд! Я всегда стараюсь отдаться публике до конца, пусть даже выхожу на сцену всего на несколько минут. Если к сцене относишься равнодушно, она обязательно тебя накажет. Зато потом так приятно слышать комплименты в свой адрес. Во время турне по Голландии я как-то после одного из «Трубадуров» вышла из театра со своим менеджером. Там стояли люди, мы побеседовали о том о сем. Постепенно все разошлись, а один мужчина не уходит. Высокий такой… Они там все такие высокие! (Смеется.) Менеджер говорит: «Это артистка, которая только что пела Азучену». Он даже подпрыгнул! Побежал в машину, достал ручку, кинулся ко мне, взял автограф и на голландском говорил так долго, что менеджер устал переводить. Я попросила его перейти на английский язык, так столько приятных слов услышала!

– Какую роль в вашей жизни играет могучий и вездесущий интернет?

– Ой, я так рада, что он есть! В любой момент могу найти кого угодно и что угодно. Когда разучиваю какое-то новое произведение, могу послушать разное исполнение, сравнить и что-то вынести для себя. Выкладываю туда и свои записи, поэтому шансов, что меня заметят и пригласят петь, стало гораздо больше.

– Над чем работаете сейчас?

– Разучиваю испанские песни. Пока подробно рассказывать об этом не буду, а то ничего не получится. Просто сейчас людей удивить очень сложно, они избалованы тем же интернетом и ассортиментом в музыкальных магазинах. Нужно придумывать что-то новое. Я пока еще не сделала оркестровку для этих произведений, хочу ее заказать нашим музыкантам. Если сама не позабочусь, никто мне ничего на блюдечке не принесет. Еще хотелось бы выступить на своей родине. Я родом из Уральска, и, к сожалению, меня там пока не знают. Мечтаю дать там концерт и показать все, на что способна.

Вера Ляховская